— Развода не будет, — с неизвестно откуда взявшейся уверенностью заявляю, — пока. — Дин, ты серьезно собираешься его простить, после этого? — сестра показывает на интимную переписку мужа с моей подругой. — Нет, — губы кривятся в каком-то подобии усмешки, — развод будет, но позже. Сначала будет

— От ребенка надо избавиться, — холодный голос мужа вгоняет меня в шок, разгоняя ледяные мурашки по коже, — риски слишком велики. Жена не переживет, если… Поймите, чем раньше это произойдет, тем лучше. Дверь скрипит, но я успеваю вернуться на больничную кровать, прежде чем Марк обнаружит, что я

– Что ты творишь, кретин?– цежу я сквозь зубы и для наглядности бью его ладонями в грудь. – Как ты посмел? – Ты вроде бы не особо сопротивлялась, – заявляет он с самодовольной ухмылкой. – Ты… ты, – я чувствую как начинаю задыхаться и на глазах предательски выступают слезы. – Все должно было быть не

— Разумеется я знал, — с насмешкой произносит он. — Алиса, когда ты уже поймешь, что мне наплевать? Мне было наплевать шесть лет назад и мне наплевать сейчас. Его слова не сразу оседают в моем сознании, но когда до меня все-таки доходит их смысл, я чувствую, что теряю связь с реальностью. Он знал о

— Одевайся, — он не глядя бросает мне одежду, — И чтобы я больше здесь тебя не видел! Я заглядываю ему в глаза, силясь увидеть там хоть какие-то эмоции. Но все что я вижу — это все то же ледяное презрение, пронизывающее меня холодом до самых костей. Четыре года назад Глеб Урицкий разрушил мою

— Что ты творишь, кретин? — цежу я сквозь зубы и для наглядности бью его ладонями в грудь. — Как ты посмел?вроде не особо сопротивлялась, — заявляет он с самодовольной ухмылкой.ты, — я чувствую как начинаю задыхаться и на глазах предательски выступают слезы. — Все должно было быть не так! Я не так