Простой питерский мужик, но очень большой любитель истории, особенно родного Севастополя, оказывается в 19-ом веке молодым русским князем и хочет избежать позора России в Крымской войне

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками. Нет. Бои закончились. Фронт ушёл на запад. И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками. Нет. Бои закончились. Фронт ушёл на запад. И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками. Нет. Бои закончились. Фронт ушёл на запад. И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками. Нет. Бои закончились. Фронт ушёл на запад. И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками. Нет. Бои закончились. Фронт ушёл на запад. И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же! Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить должность даже не ассенизатора, ой простите асессора, а куда ниже. Э нет, меня не прельщает быть чиновником 14

Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же! Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить должность даже не ассенизатора, ой простите асессора, а куда ниже. Э нет, меня не прельщает быть чиновником 14

Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же! Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить должность даже не ассенизатора, ой простите асессора, а куда ниже. Э нет, меня не прельщает быть чиновником 14

Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же! Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить должность даже не ассенизатора, ой простите асессора, а куда ниже. Э нет, меня не прельщает быть чиновником 14

Человек сложной судьбы, сельский учитель и в прошлом врач, во время грозы переносится в восемнадцатый век и становится предводителем отряда беглых пугачёвцев. Людей, которые хотят только одного: спрятаться и выжить.

Простой питерский мужик, но очень большой любитель истории, особенно родного Севастополя, оказывается в 19-ом веке молодым русским князем и хочет избежать позора России в Крымской войне.

Простой питерский мужик, но очень большой любитель истории, особенно родного Севастополя, оказывается в 19-ом веке молодым русским князем и хочет избежать позора России в Крымской войне

Человек сложной судьбы, сельский учитель и в прошлом врач, во время грозы переносится в восемнадцатый век и становится предводителем отряда беглых пугачевцев. Людей, которые хотят только одного: спрятаться и выжить.

Человек сложной судьбы, сельский учитель и в прошлом врач, во время грозы переносится в восемнадцатый век и становится предводителем отряда беглых пугачёвцев. Людей, которые хотят только одного: спрятаться и выжить. Третья книга о приключениях нашего современника в Восточной Сибири конца 18-го