Еще вчера я была Алиной Корнеевой, кондитером-технологом. Сегодня я прихожу в себя в теле Мавены Вальд — жены дракона, которую прямо на заседании Гильдии обвиняют в краже семи рецептов. А хуже всего то, что ее собственный муж при всех отказывается за нее поручиться. Чтобы отстоять имя Мавены и

Семь королевских зверей должны были выбрать драконьего принца.Вместо этого они выбрали меня.Проблема в том, что еще утром я была ветеринаром в другом мире, а теперь очнулась в теле придворной смотрительницы и понятия не имею, почему древний обряд пошел не по плану.Эрвейн Корд дает мне семь дней:

Мне отдали доходный дом. Только весь доход бывший муж уже забрал себе.После развода князь Левшин был уверен, что я быстро пойму цену своей самостоятельности. И почти угадал: двадцать семь квартир и четыре лавки оплачены на год вперед, деньги остались в его конторе, а мне достались жильцы, расходы и

Я семь лет была уверена, что знаю собственного мужа. Пока не нашла записку, написанную моей рукой: «За последний год ты шесть раз пыталась уйти от Леонарда Кросса». Я не помню ни одной попытки. Зато понимаю главное: после каждой из них из моей памяти исчезало то, что заставляло меня уйти. В седьмой

Младшая сестра подделала подпись Ивены. Отец узнал правду — и всё равно назвал виновной старшую дочь. Потому что любимую Лисель нельзя потерять. А Ивену — можно.Так Ивена Ардаль оказывается на Севере, во владениях Эйдара Торвальда — дракона и врага её рода. По договору она должна отработать долг за

Беатрис Фелтон лишили имени, дома и свободы за преступление мужа. Последний шанс доказать невиновность — сорок дней в Ротвальде под надзором генерала-дракона Гектора Штайна, чей брат погиб из-за предательства Корвина. Но старые замки признают только её руку, крепость называет Беатрис хозяйкой, а

В седьмой раз я поднимаю клинок над драконом, которого уже шесть раз видела мёртвым. Я — Агата Зорина, запертая в теле хранительницы Руты Фальк. Каждое утро правитель Аурема требует казнить Сайласа Керна. Каждый вечер чёрное солнце поглощает город. На рассвете всё начинается заново — и лишь мы с

Попаданка. Смертное письмо дракону — это роман Лилии Тимолаевой в жанре попаданцев и любовного фэнтези. Главная героиня просыпается в теле Марисы Роух, женщины, которую собираются казнить за кражу важного письма с драконьей печатью. У неё нет воспоминаний о прошлом, нет друзей и она не имеет права

Я проснулась на заснеженном перроне в чужом теле, с чужим именем и обвинением в катастрофе, из-за которой исчез целый вагон.Теперь меня зовут Наяра Локс. Все вокруг уверены: именно я сломала путь, погубила людей и должна ответить за то, что случилось. Вместо суда мне дают месяц на невозможное —

Меня вызвали в Зал брачных клятв, где муж-дракон должен был защитить моё имя. Вместо этого Дарион Грант поставил рядом с собой другую женщину и попросил Палату вычеркнуть меня из брачной книги. Он сказал, что между нами больше нет клятвы. И тогда старая Колокольня брачных клятв, молчавшая сто лет,

Очнуться в чужом теле — страшно. Очнуться списанной вдовой, от которой Совет требует подписать отказ, — ещё страшнее. Соломее Вороновой оставили не дом, не деньги и не защиту, а разорённую зимнюю ярмарку: пустые ряды, чужие долги, испуганных мастеров и семь дней до проверки. Все уверены, что вдова

После смерти в своём мире она очнулась в теле женщины, которую прямо сейчас разводят перед всем Драконьим Советом. Элира Арн лишилась имени, положения и защиты мужа. Но последним ударом стал не развод. Герцог Рейнар Вейр потребовал, чтобы бывшая жена сшила свадебное платье для его новой невесты.

Меня развели публично — с печатью, которая должна была стереть меня из жизни ледяного герцога. Вместо извинений я получила ссылку, полуразвалившийся дом и аптеку с долгами… а вместе с ними — город, который кто-то методично травит «белым морозом». Пока гильдия запрещает лечить без “допуска”, люди

В день, когда генерал драконов публично объявил наш брак ошибкой, я не стала умолять. Я потребовала развод и свою долю. Он хотел избавиться от меня красиво и подальше — и отдал забытую таверну на краю Севера. Полуразвалившуюся, в долгах, с дурной славой и слишком удобным расположением для тех, кто