Александре казалось, что страшнее, чем теракт в Московском университете, в ликвидации последствий которого она принимала участие, быть не может. Она ошибалась. Мощное землетрясение в Шемахе. Практически полностью снесенный с лица земли город. Военные. Спасатели. Целители. Александре тоже предстоит

Окраины галактики, вольные, дурь, живой товар. Наталью Орлову, которую в этой клоаке знают, как капитана Таши - отделяют от точки невозвращения лишь принципы, которым следует и она сама и ее экипаж. И память об отце, офицере контрразведки Союза, из которого сбежала, столкнувшись с несовершенством

Им некуда было отступать. Им некуда было уходить. Все, что у них было - Галактика Белая. Для них всех и для каждого. И только они могли решить, кем останутся в ставшем чужим доме. Рабами или героями, отдавшими свои жизни ради того, чтобы другие могли быть свободными. Им, неназванным поименно героям

Жизнь – дама коварная. Стоит расслабиться, как мир тут же перевернется с ног на голову. Именно это и произошло с Александрой. Но, казалось бы, при чем здесь она, пусть и талантливая, но всего лишь целительница? И ведь ни при чем, если не принимать во внимание еще один ее талант – оказываться не в

Жизнь — дама коварная. Стоит расслабиться, как мир тут же перевернется с ног на голову. Именно это и произошло с Александрой. И, казалось бы, причем здесь она, пусть и талантливая, но всего лишь целительница? И ведь ни при чем, если не принимать во внимание еще один ее талант: оказываться не в то

Долг. Честь. Верность. Никто из них, принявших первый бой еще не начавшейся межгалактической войны, не произносил этих слов. Они сами были ими… Долгом! Честью! Верностью! Они сами шли в самую гущу событий, зная, что такое страх, но отказываясь от него в пользу будущего, за которое готовы были

У Богини две ипостаси. В одной она — женщина, Богиня-мать, дарующая любовь и заботу. В другой — Воительница, равная среди мужчин. Для одной — желание защитить, для второй — жажда обладать и стремление сломить, вернув на предназначенное ей место. Марии — бывшему навигатору, а теперь кайри эклиса

Кто, если не мы?!Когда-то, говоря о ней, обязательно добавляли: выкормыш полковника Шторма. Теперь упоминание имени Элизабет звучало несколько в ином контексте — оперативно-аналитическая группа Лазовски, изменив не только статус, но и задачи, которые ей предстояло решать. Да и противник стал не в

Она еще не началась… война, которой предстояло до неузнаваемости изменить Галактику Белая, но ее дыхание уже ощущалось. Становившейся все явственней напряженностью между секторами, вспыхивавшими то там, то здесь волнениями. Что стояло за этим? Естественный процесс, обострявший то, что до времени

Им некуда было отступать. Им некуда было уходить. Все, что у них было — Галактика Белая. Для них всех и для каждого. И только они могли решить, кем останутся в ставшем чужим доме. Рабами или героями, отдавшими свои жизни ради того, чтобы другие могли быть свободными. Им, неназванным поименно героям

Путь Марии в космос не был легким — в мире мужчин женщине-навигатору требовалось вновь и вновь доказывать свое право занимать кресло слева от капитана, но выглядел ясным и понятным. И рубка старховского супертяжа, ставшего уравнителем в конвое к гибнущей после падения астероида планете, была лишь

Когда их спросили, почему именно они, одна ответила коротко: «Судьба», вторая на мгновение задумалась, а затем произнесла: «Я следовала своему предназначению», а третья вздохнула: «Это был мой выбор».

Незавершенные дела имеют обыкновения всплывать в самый неподходящий момент. Помощник директора Службы Маршалов по оперативному поиску Элизабет Лазовски слишком хорошо знала эту истину, предпочитая доводить дела до логического завершения. Это стало исключением. Владис Скорповски…. Бывший наемник, а

(Дополненный и переработанный вариант романа «Перевозчица») События романа происходят за два стандарта до некоей отметки «0», относительно которой будет выстраиваться временная линия цикла «Галактика Белая»