Возвращался домой с университетским дипломом на руках. Но не вернулся. Теперь я снова первокурсник. Вот только не в Санкт-Петербурге 2026-го года. Я очутился в Москве. Сейчас 1995 год – те самые былинные «девяностые», о которых я знаю лишь по рассказам родителей и по сериалам. Учиться заново? Жить

Возвращался домой с университетским дипломом на руках. Но не вернулся. Теперь я снова первокурсник. Вот только не в Санкт-Петербурге 2026-го года. Я очутился в Москве. Сейчас 1995 год – те самые былинные «девяностые», о которых я знаю лишь по рассказам родителей и по сериалам. Учиться заново? Жить

Приехать из РФ 2000-го года в СССР 1970-го? Пройтись по советской Москве в кроссовках, джинсах и с мобильным телефоном? Встретить давно умерших друзей и родственников? Познакомиться с кумирами детства? Разбогатеть? Обрести невероятные способности? Влюбиться? Какое оно – настоящее чудо?

Приехать из РФ 2000-го года в СССР 1970-го? Пройтись по советской Москве в кроссовках, джинсах и с мобильным телефоном? Встретить давно умерших друзей и родственников? Познакомиться с кумирами детства? Разбогатеть? Обрести невероятные способности? Влюбиться? Какое оно — настоящее чудо? Вторая часть

Приехать из РФ 2000-го года в СССР 1970-го? Пройтись по советской Москве в кроссовках, джинсах и с мобильным телефоном? Встретить давно умерших друзей и родственников? Познакомиться с кумирами детства? Разбогатеть? Обрести невероятные способности? Влюбиться? Какое оно – настоящее чудо?

Я уже прожил жизнь. Но получил второй шанс. Снова 1966 год. Я живу в СССР. Теперь не хочу славы и богатства, как прежде. Хочу, чтобы и через двадцать пять лет советские школьники мечтали стать не бандитами и валютными проститутками, а врачами и космонавтами. Хочу, чтобы Юрий Алексеевич Гагарин

Я уже прожил жизнь. Но получил второй шанс. Снова 1966 год. Я живу в СССР. Теперь не хочу славы и богатства, как прежде. Хочу, чтобы и через двадцать пять лет советские школьники мечтали стать не бандитами и валютными проститутками, а врачами и космонавтами. Хочу, чтобы Юрий Алексеевич Гагарин

Последний год существования СССР. У меня есть знания о будущем и пистолет. Я точно знаю, как всё это использую. Я помню, каково это: потерять близких людей. Поэтому 1991 год станет последним не только для страны. Теперь я сам определю, что такое справедливость. Причиню всем добро. Сделаю всех

Последний год существования СССР. У меня есть знания о будущем и пистолет. Я точно знаю, как всё это использую. Я помню, каково это: потерять близких людей. Поэтому 1991 год станет последним не только для страны. Теперь я сам определю, что такое справедливость. Причиню всем добро. Сделаю всех

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара,

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара,

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара,

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара,

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара,

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара,