Размер шрифта:   16

Какой борщ? У меня дни расписаны по часам. Община играла роль оппозиции Совету Сущностей, и к нам начали поселяться разные двуликие, которые давно знали о своем происхождении, но их не устроило старые устои. Это уже не деревушка, в которую мы с дедом пришли за исцелением, а целый посёлок с очень продвинутыми домами. Бабушки тоже не отстали от прогресса и создали себе рынок вроде праздничных ярмарок, принимая заказы, а некоторые завели себе страницу в соцсетях и продают свои продукты. Максим договорился с бывшим начальником и наш посёлок охраняется их контрой. Ребята, чтобы не ездить в город после смены, снимают комнаты в местном отеле.

Всё стало почти идеально, если бы не эти две полоски.

— Что случилось, девочка? — с невинным видом спросил он меня. — Девочка? Какая я тебе девочка? — я закричала.

Потрясла тестом от беременности перед его носом:

— Ты мне что сказал? Лика, для детей слишком рано! Было такое?

Он взял тест в руки и так широко улыбнулся, что уши попалзли на затылок.

— И я тебе поверила и от специального отвара отказалась, таблетки у нас зло — передразнила его. — Ты мне обещал, что эти самые лучшие презервативы. Я ведь открыла запись на лечение, что мне теперь делать?

Уперла палец в его грудь и толкнула.

— Говори, гад, что сделал! Проколол презервативы?

Господи, он же в полуобморочном состоянии. Держал тест, а руки держал.

Поднял на меня голову и кивнул. И ярость отступила, у меня кардинально изменилось настроение. А что, если он скажет, что не хочет детей? Тогда мне придется вернуться в старый дом. По щекам потекли слёзы. До этого была на него зла, но по поводу ребёнка даже мысли не возникло, что смогу без него. Это же моё новое сокровище, я уж точно готова сделать всё ради него.

— Лика, почему ты плачешь? — он обнял меня и покрыл мое лицо поцелуями. — Я так долго этого ждал, ты даже не представляешь. Вот это штука, — он потряс тестом, — сделала меня самым счастливым на свете. Ты меня сделала, любимая!

Он не переставал меня ласкать.

— Ты рад? — с надеждой спросила я. — Рад ли я? Да, я готов взлететь. Я же эти проклятые презервативы уже ненавижу. Сделал столько дырок, что можно было бы уже шитьем заниматься, всё быстрее было. — А я думала, что это ты…Максим поднял мою подбородок и посмотрел мне в глаза. — Ты знаешь, что счастье для меня — это ты и то, что будет с нами. Мы же сможем справиться со всем вместе. — сказал он тихо.

Я улыбнулась, ощущая тепло его объятий. Он приподнял мою руку и поцеловал ее.

— Мы сделаем это, вместе. А пока что, давай радоваться новому этапу нашей жизни. — сказал он с улыбкой. — Лика, давай эту новость пока придержим. — Думаешь, наш ребёнок станет интересным… — Древняя кровь всегда интересовала и будет интересовать некоторых… — сказал он мне.

Я задумчиво посмотрела в окно и размышляла о том, что нас ждёт в будущем, и моя радость омрачилась. Всё равно рано или поздно узнают о будущей Яге. У меня не может родиться мальчиков, только девочки. Вспомнила сон, в котором одна из Ежек рассказала, как контролируют нашу силу, и теорию о том, что моя мама служила Совету Сущностей в обмен на какую-то услугу. В следующие дни я отменила все свои планы и углубилась в обучение управлению лесом. Откуда у меня появилась эта информация, я понятия не имею, но эти знания тянулись ко мне и просились, чтобы я поделилась ими. Наш дом был последним в посёлке, дальше шёл только лес. Пытаясь успокоиться и продумать дальнейшие шаги, я не выходила из леса часами. Пыталась связаться с Матерью-Землей, но когда Максим увидел меня с ножом в руке, идущую к лесу, он остановился и развернул нож из моей руки. Он был в ярости, пытался контролировать свои эмоции и не кричать на меня.

— Я хотела только поговорить с…

Он меня без церемонии перебил:

— Пыталась она! Слушай, Лика, твои мазохистские наклонности меня уже пугают! Ты что творишь? У нас скоро будет ребёнок, помнишь?

Помню? Да, я только об этом и думаю, как бы обезопасить своих чад. Мне не хочется повторить судьбу моих родителей, поэтому и ищу другие пути. Об этом и рассказала своему змею. Он мои опасения не воспринял всерьёз и вообще расслабился.

— Я тебе на что? Когда перестанешь делать всё сама? Это и мой ребёнок тоже — положил он мне руку на живот.

Маленький, ещё незаметный. Я не выходила в люди уже давно, сама не хотела, и Максим не позволял. Он попробовал меня успокоить: